Фото: gazeta-newday.ru
Герой нашего повествования служил в войсках ВДВ, место службы – Амурская область, годы службы – с 1968 по 1970. Это значит, что он служил в рядах Вооруженных Сил ровно в то время, когда на советско-китайской границе были вооруженные конфликты на острове Даманском (2-3 марта 1969 г.) и на озере Жаланашколь (13 августа 1969 г.). Географически поселок Магдагачи Амурской области отдален от мест вооруженных конфликтов, но события, произошедшие 13 августа 1969 года с Леонидом Микрюковым, а наш рассказ сегодня о нем, могут говорить о некоторой внутренней связи того, что происходило на границе в один день, но в разных местах.
Искала Патракеева, нашла Микрюкова Пермский писатель Алексей Дубровин, хорошо известный нытвенским читателям по романам «Эшафот», «Печенег» книге «Граница на замке», в настоящий момент работает над книгой о героях Даманского и Жаланашколя. Несколько участников тех событий в своих рассказах упоминали имя Бориса Патракеева из Нытвы, и Алексей Александрович обратился с просьбой помочь его разыскать: «Пограничники с погранзаставы «Жаланашколь» (годы службы 1967–1970) рассказали мне, что при расставании обменивались адресами, и один из них написал о своем месте проживания – Пермская область, г. Нытва, ул. Володарского, 74а, кв. 3, Патракеев Борис Иванович». Мои поиски не увенчались успехом, и я отправилась в военкомат, там наверняка известны имена людей, принимавших участие в боевых действиях. Фамилии Патракеева среди них не оказалось, но выяснилось, что не так давно в военкомат обращалась родственница Леонида Микрюкова, жительница п. Уральского, чтобы установить памятник на его могиле. Он 1950 года рождения, но приравнен к ветеранам Великой Отечественной войны, возможно, это последняя ниточка, которая может помочь найти следы участника событий на Даманском 50 лет назад. Так я познакомилась со Светланой Александровной Захаровой, племянницей Л. В. Микрюкова, которая рассказала о своем дяде, предоставила документы и фотографии, на основании которых мы и поведем сегодня рассказ о нашем земляке, скромном человеке, каждый день жизни которого можно считать гражданским подвигом. Впрочем, выводы делайте сами, уважаемые читатели. Не Даманский, не Жаланашколь Беседуя со Светланой Александровной, я выяснила, что Леонид Микрюков получил травму позвоночника 13 августа 1969 года, в результате чего стал инвалидом I группы. «Значит, не Даманский, а Жаланашколь», – подумала я. Китайцы после боев на о. Даманском решили еще раз проверить на прочность границу СССР, и за тысячи километров от реки Уссури устроили провокацию в Семипалатинской области Казахстана на «Голом озере» (так переводится «Жаланашколь»). Но Амурская область, где служил Леонид, далеко на востоке от этих мест. Так что же – совпадение по датам? Нам, к сожалению, приходилось не один раз слышать истории о том, как солдаты во время несения срочной службы получали травмы и даже погибали, но многих ли из них приравнивали к ветеранам Великой Отечественной войны? У кого сейчас спросить, если даже воинской части, в которой служил Леонид, больше не существует. Но начнем по порядку. О чем говорят документы Микрюков Леонид Васильевич родился 29 марта 1950 г. в д. Багзи Бутинского сельсовета Бельского (Фаленского) района Кировской области в семье колхозницы Микрюковой Анны Федоровны (1916 г. р.), где, кроме него, воспитывалась его сестра Маргарита (1939 г. р.). После окончания школы Маргарита переехала в п. Уральский Нытвенского района, устроилась на работу на ПФК. Ее семейное положение: муж Яговкин Александр Алексеевич – главный механик ПФК, дочь Светлана, сын Николай. Леонид приехал к сестре в п. Уральский в 1965 г. В 1966 г. закончил 9-й класс в ШРМ фанерного комбината и устроился на работу. В июне был принят учеником электромонтера в цех № 12, в мае 1968 г. уволен в связи с уходом в Советскую армию в должности электромонтера-ремонтника 3 разряда. Из записей в военном билете: «Рост – 1,76. Вес – 65,800. Зрение – 1,0. Присягу принял 30 июня 1968 г. В/ч 21463 – р/телеграф. Рядовой. 20 января 1970 г. врачебной комиссией при в/ч 74040 признан негодным к военной службе. Переосвидетельствованию не подлежит». Из свидетельства о болезни: «Микрюков Леонид Васильевич, рядовой, в/ч 21463, 1950 г. р. Служил с мая 1968. Член ВЛКСМ, образование 9 классов, профессия электромонтер. Жалобы на отсутствие движений и чувствительности в обеих нижних конечностях. Краткий анамнез: 13.08.69 г. во время земляных работ в карьере попал под свалившуюся глыбу земли, получил закрытый компрессионный перелом поясничных позвонков. С 14.08.69 по 20.01.70 находился на излечении в в/ч 74040. Негоден к военной службе с исключением с воинского учета. Следовать пешком не может, нуждается в двух сопровождающих. Председатель ВВК подполковник м/с Крижановский. Почтовый адрес врачебной комиссии: г. Белогорск Амурской области». Из воспоминаний С. А. Захаровой Находясь в госпитале, Леонид написал домой письмо, еще одно письмо пришло через райвоенкомат. Сестра Маргарита и родственница Валентина ездили за Леонидом, привезли его поездом, передали в госпиталь г. Перми. Из Пермского госпиталя Леонид был направлен в санаторий г. Саки в Крыму и только через год после травмы появился дома. Увезли лежачего, приехал на костылях, в корсете. Через год начал передвигаться с двумя палочками. Последние три года жизни передвигался на коляске. От комбината, где до службы в армии работал Леонид, ему дали квартиру в п. Уральском в одном доме и одном подъезде с сестрой Ритой (ул. Набережная). Сестра ходила по всем инстанциям, просила, требовала и «выбила» для него машину, хотя чиновники говорили открытым текстом: «Зачем ему машину, ему жить осталось всего ничего». Когда Леонид получил квартиру, из Кировской области приехала его мама Анна Федоровна (1916–1988). Когда ее не стало, заботу о Леониде взяли на себя сестра Маргарита с мужем Александром, а когда ушли из жизни и они, эстафету переняли их дети Светлана и Николай. Таким образом, Леонид никогда не оставался один, хотя все работы по дому выполнял сам, кроме мытья окон. Племянница Светлана вспоминает, что каждый день Леонида начинался с гантелей, зарядки, физических упражнений. У него были очень сильные руки, летом он плавал в Каме. Жил полноценной жизнью: водил машину, ходил на рыбалку, общался с родственниками и друзьями, интересовался событиями в стране. Самостоятельно научился играть на гармони, был на всех праздниках душой компании. В личной жизни был одинок. В семье был любимым сыном, внуком, братом, дядей. («Он был очень добрым! Он всегда был готов всем помочь. Он был самым лучшим дядей!»). Маленькие племянники не воспринимали его как инвалида, от них можно было слышать: «Дядя Леня, давай бегом! Шагай!». Сам же он забывал об увечье только за рулем автомобиля (сначала у него был «Запорожец», затем – «Ока»). Машину давали на семь лет, но по истечении времени ее в утиль не сдавали, а передавали другим, так как Леонид хорошо водил машину, хорошо следил за ней, нареканий не было. Говорил про нее: «Это мои ноги!». О службе не любил говорить, разве что с двоюродными братьями и другом Владимиром Бояршиновым. Хотя армия покалечила ему всю жизнь, он никогда не жаловался, не проклинал, не отзывался плохо о правительстве, не сетовал на пенсию. К врачам обращался редко, в основном лечился в госпитале и санатории, но в последние годы ездил на лечение все реже. Поселковые врачи не баловали своими визитами. Это несмотря на то, что с 2004 года Леонид Васильевич, будучи инвалидом первой группы, имел право на льготы, установленные для инвалидов Великой Отечественной войны (удостоверение № 007679 серии П). Много лет Леонид превозмогал сильные боли, по ночам кричал и плакал, но не сдавался. Каждый день его жизни можно считать гражданским подвигом. 29 октября 2015 года в возрасте 65 лет он скончался. Л. В. Микрюков похоронен на кладбище поселка Уральского Нытвенского района. Леонид Микрюков являлся одним из доблестных защитников Отечества, достойным представителем своего рода. Его дед по матери, Сыламатов Федор, был участником Финской войны, а затем и Великой Отечественной (пропал без вести). Брат матери Василий Федорович Сыламатов закончил Ленинградское военное училище в звании лейтенанта, погиб под Ленинградом в 1943 году. Двоюродный брат Владимир из Лысьвы служил в Афганистане. Племянник Никита из Перми служил в Чечне. Леонид служил в 70 км от советско-китайской границы. Информация о месте службы Л. В. Микрюкова (по материалам разных источников) Изучая фотографии и документы, предоставленные мне С. А. Захаровой, я обратила внимание на одну из фотографий. Надпись гласила: «На память дорогой маме от сына Леши в дни службы в десанте. 12.12.68». Но форма на парне не десантная! Не мог же он ошибиться или приписать то, чего не было! Спросить не у кого, и тогда я решила набрать в поисковике номер воинской части и слово «Магдагачи», указанное на конверте рядом с номером воинской части. Мне открылась следующая информация: «Поселок городского типа Магдагачи Амурской области основан в 1910 году, население в 1970 году 15 тыс. человек, в 2015 – 10 тыс. человек. Центр Магдагачинского муниципального района. Координаты: 53° с. ш. – 125° в. д., то есть в 268 км на северо-запад от Благовещенска, в 70 км от китайской границы. На гербе района изображены крылья ВДВ, две ели и слиток золота (или алмаз)». По воспоминаниям бывшего жителя поселка: «Магдагачи – один из самых суровых уголков Советского Союза. Чтобы полностью понять это, нужно побывать там. Температура летом доходит до +40°, а зимой опускается до –55°. Суточные перепады достигали 30–35°. Не напрасно с языка эвенков название «Магдагачи» означает «место погибших деревьев». Из материалов Дальневосточного военного округа: в/ч 21463 была создана в конце 60-х гг., она стала местом дислокации 13-й отдельной десантно-штурмовой бригады. Требования к бойцам предъявлялись высокие, ведь рядом находилась граница с Китаем – десантники должны быть готовы в любой момент отразить возможный удар. Не один раз в/ч 21463 (Магдагачи) поднимали по боевой тревоге. Задачи 11-й и 13-й ОВШБР – оперативно закрыть слабоохраняемый участок границы с Китаем в случае китайского военного вторжения. К августу 1970 г. были сформированы 11-я и 13-я воздушно-штурмовые бригады на основании директивы Генштаба от 22.05.68. Носили форму мотострелковых войск. Форму ВДВ десантно-штурмовые части получили только с введением в их боевую подготовку прыжков с парашютом. В 1996 году в/ч 21463 была расформирована под Оренбургом – так закончилась история одного из самых дееспособных воинских подразделений в структуре ВДВ. Однако память о в/ч 21463 навсегда останется в сердцах тех, кто служил в ней. Подтверждением погодных явлений являются армейские фотографии Леонида, где зимой на военнослужащих тулупы и меховые шапки, а летние работы выполняются с обнаженным торсом. Очевидно, что Леониду пришлось служить в переходный момент, когда формировалась десантная в/ч, но форма, как мы видим, мотострелковых войск. Сохранилось письмо Леонида сестре Рите, где описан тоже некоторый сумбур: речь идет о пехоте и войсках связи (см. ниже). Письмо Л. В. Микрюкова сестре М. А. Яговкиной «Привет с Магдагачи. Здравствуйте, дорогие родные Саша, Рита, Коля, Света. Я получил от вас письмо и сразу даю ответ. Вы, значит, волнуетесь, получил я или нет посылку с деньгами. Все в порядке, не беспокойтесь, все получил. Авторучку не высылайте, ну а сигареты можно и конвертов, и разное можно послать в маленькой посылочке (щетку сапожную, лезвия и из еды немного). С этого места мы уезжать не будем, так что не волнуйтесь. Значит, Света скучает по мне. Не скучайте, я, может, скоро приеду домой – к Новому году или к весне. Да, сейчас там у вас все поспевает: и фрукты, и ягоды, а у нас здесь ничего нету. Только раз наелся голубики, ходили в лес в воскресенье. Ну, служба моя идет нормально, все по-старому, изменений нет. Время бежит быстро, уже считай, что лето прошло, а там зима, но зимой здесь колотун, 50 градусов морозу, придется потерпеть, мы ведь солдаты. Недавно я встретил Вовку Бояршинова, он тоже здесь. Сперва даже и не узнал, думал, он совсем не здесь. Говорит, что все ребята, призывавшиеся с Нытвы, служат здесь в пехоте, меня одного перебросили в связь. Они строят свою казарму к зиме, она рядом с нашей, так что нашел я земелю. Видел Абдурахманова с поселка с нашего, и все. У нас многих перевели в пехоту, штат уже переполнен, но а меня оставили. Хорошо. В пехоте там хуже – ходить на кухню, а мы не ходим, в наряд тоже. 5 августа 1968». Из воспоминаний Маргариты Яговкиной (в пересказе дочери Светланы) «Когда поехали в Белогорск за Леней, то очень страшно было увидеть раненых в госпитале. Нам говорили, что на Леню упала глыба земли, когда он работал в карьере. Но сколько их там оказалось в карьере? Что они там делали, если служили в связи? В госпитале было очень много молодых ребят, и у них были не пулевые ранения, а были поломаны позвоночники. Они какие-то искореженные лежали на своих койках. Некоторые пытались поворачиваться и ползать, у некоторых только голова была подвижна». Но никто не слышал, что Леонид ругал армию или жалел себя, только говорил: «Судьба». Нина Заморина.
Источник: Газета Новый день
16.08.2019 09:40
